Можно ли устраивать концерты российских артистов в Украине? Политолог Сергей Пахоменко вставил свои «5 копеек»

Политолог, преподаватель МГУ Сергей Пахоменко наблюдал со стороны за тем, как в Мариуполе развивается дискуссия вокруг темы российских артистов на мариупольском музыкальном фестивале. А потом написал аргументированную статью, что, по его мнению, можно, а чего нельзя в воюющей стране, почему не все на востоке Украины страдают от потери Крыма и части Донбасса, и что со всем этим делать.

С разрешения автора публикуем его позицию без купюр.

Вот уже целую неделю ведутся ожесточенные баталии:  спорт и культура – они «вне политики» или все же в ней? Следует ли осуждать гимнастку, которая сфотографировалась с российской коллегой, или ничего предосудительного в этом нет?

Допустимы ли концерты российских артистов в Украине или гнать их всех к чертовой матери за поребрик? Эти споры разрывают в клочья фейсбучных хомячков, дают работу блогерам и политологам всех мастей, но ни на йоту не приближают нас к ответу. Что со всем этим делать? Как оценивать такие, казалось бы, «неполитические» публичные отношения с представителями страны-агрессора и как реагировать на них? И тут у меня есть свои 5 копеек, которые , очевидно, огорчат как и патриотов, так и тех, кто наоборот.

Начну с того, что гибридная агрессия на то и гибридная, что создает ситуацию неоднозначную, требующую такой же гибридной реакции.  Мне кажется, что государству и интеллектуальной общественности, которая формирует, не побоюсь модного слова, «смыслы», наконец,  стоит определиться, что мы можем изменить, а что -  нет, с чем  бороться, что гибко корректировать, а с чем смириться.  

Итак, прежде всего нужно признать: как бы ни хотели диванные патриоты, но полностью исключить все российское из культурного, информационного, спортивного пространства не удастся никогда, как никогда не удастся полностью исключить у значительной части украинского общества комплементарного отношения к российскому продукту и его носителям. 

Это значит, что молодежь по-прежнему будет слушать популярных российских исполнителей (в числе других), футболисты будут фоткаться с репером Бастой, а спортсмены - с российскими коллегами.  И на то есть несколько причин, среди которых русскоязычие достаточно большого количества украинцев является весомейшим, но не единственным фактором.

Задумывались ли вы когда-нибудь, что потеря Крыма и  нынешняя война на Донбассе не стали и  не станут в ближайшем будущем  коллективной травмой для украинского общества. Ну, такой, как Сребреница для босняков, Трианонский договор для венгров, депортации крымских татар и прибалтов, не говоря уже о Холокосте для евреев и геноциде 1915 года для армян. Масштаб трагедии не тот, скажете? Возможно, хотя с моральной точки зрения об этом судить кощунственно. И все же речь о другом.

Российская агрессия застала наше общество в ситуации несформированной национальной идентичности, в ситуации, когда для значительной части граждан Украины их страна - это просто территория, к которой они не испытывают никакой эмоциональной и иррациональной привязанности. А формальные сограждане (особенно, если они живут в другом регионе, прежде всего, в соответствии с пресловутой линией Восток-Запад) не вызывают чувства солидарности или единства. У данной ситуации есть масса объективных исторических и субъективных политических  причин, но сейчас не о них.  Отсутствие эмоциональной, иррациональной, даже националистической привязанности к стране делает возможной равнодушное отношение к ее проблемам (если они не касаются тебя лично, например, цены, зарплаты ,коммуналка), ее территориальной целостности и страданиям части сограждан. А соответственно не меняет комплементарного отношения к той стране, которая и устроила эти проблемы и страдания. Тем более, если с этой страной у значительной части украинского общества общий язык, родственники, ностальгические воспоминания и такая привлекательная массовая культура. 

 Отсутствие украинской идентичности, идентичностная размытость, особенно сами знаем в каких регионах Украины, обуславливают психологическую отстраненность от факта войны, даже если она идет совсем рядом ( «это не моя война»,  «они сами все придумали», «я ни за тех, ни за тех», «это все они устроили»), нежелание признать участие в ней России, а если такое признание и есть, то оно не встречает осуждения. Вот почему украинские военнослужащие на улицах Мариуполя и донбасских городов - это какой-то параллельный мир, не пересекающийся с местным. Они взаимно сосуществуют, но не считают себя чем-то единым, целым и солидарным.  Местные не считают военных своими, собственно говоря, как и военные не считают своими местных.

 Во-вторых, война непосредственно затронула лишь малую часть украинского общества, она не вошла (к счастью, конечно)  в каждый дом, она не привела к созданию критической массы индивидуальных трагедий. Ни один украинский город, кроме населенных пунктов непосредственно на линии соприкосновении, не живет войной, даже прифронтовой Мариуполь четыре года проводит масштабные музыкальные фестивали, а по выходным здесь в кафе устраиваются салюты. Война идет где-то далеко, ее не видно, и не слышно, особенно если не смотреть новости. А Крым, но то такое…Там как бы и не воевали, та и съездить можно при желании, как раньше.

Таким образом, гибридная война не станет коллективной травмой, а значит и не вызовет ненависти или даже неприятия к виновнику этой войны, тем более, что в глазах значительной части украинского общества этот виновник до конца не определен.

2)Украина по-прежнему существует и будет существовать в пространстве российской массовой культуры. Заметьте не в культурно-историческом пространстве, а именно в пространстве массовой культуры. Украинцы смотрят в Интернете российские сериалы, камеди-клаб, Вечерний Ургант, слушают российских поп, рок и рэп исполнителей.. Не говоря уже о шансоне))). Бороться с этим, это все равно что воевать с ветряными мельницами, потому что в основе данных привязанностей и вкусов лежит русскоязычие части украинского общества.  Да, украинизаторское законодательство- это хорошо, но оно не вытеснит, да и не должно вытеснять русский язык из бытового, семейного и досугового общения. А значит, российский масскульт будет оставаться понятным и употребимым.

К тому же этот маскульт продвигается очень профессионально, он  разнообразен, он потакает как непритязательным и пошлым вкусам, так и ценителям более интеллектуального и сложного продукта (сравните хотя бы юмор Урганта или Гудкова и юмор Квартала и Дизель-шоу). Думаю, даже самым отъявленным  патриотам ясно, что сравнение не в нашу пользу. Такая же ситуация и в популярной музыке, как бы мы не говорили о ее подъеме в Украине.

И, кстати ,если вы думаете, что на передовой наши воины смотрят исключительно фильмы про Стуса , а слушают «Океан Ельзи» и «Пікардійську Терцію», вы глубоко ошибаетесь.

Все это наша реальность, нравится кому-то она или нет. И Украине как государству и украинцам как нации придется как-то с ней жить. А вернее уживаться. И еще раз повторяю - с чем-то бороться, и пытаться изменить, а с чем- то смириться. 

Считаю, что нужно:

1) однозначно принимать запретительные меры к тем, кто нарушил украинское законодательство. Без исключений для «Сватов», Басты и Киркорова. Те, кто хочет, могут посмотреть и послушать их в Интернете. При этом не падать в обморок, когда не зашкваренные российские исполнители гастролируют у нас. Нужно признать, что они по-прежнему будут популярны у части  аудитории в силу языкового единства и качественного продукта. К тому же их допуск в Украину показывает открытость нашей страны и ее рынка для тех, кто не замарал себя высказываниями и действиями против нее. 

2) Параллельно создавать свой конкурентоспособный продукт. Попытаться сделать хоть один профессиональный и смотрибельный патриотический блокбастер или сериал. Недоразумениями типа «Круты 1918» или «Заборонений»  аудиторию не привлечешь и национальную идентичность не сформируешь.

3) Приглашая т.н. российских либералов, симпатизирующих Украине, перестать их третировать вопросом «Чей Крым?» и на основе их невнятных ответов строить какие-то выводы. Мы должны помнить, что непризнание Крыма российским является уголовно наказуемым в РФ, зачем же подставлять людей? Да, к персонам типа Парфенова, Быкова и иже с ними есть масса вопросов и критических замечаний, но нужно помнить, что по поводу Крыма люди просто могут опасаться за личную свободу и безопасность. 

4) Признать, что спортсмены не работают мозгами и живут в своем особом мире, который не только вне политики, но и вне других сфер тоже. Но как только они представляют национальные сборные, их спорт становится политикой, поэтому соответствующие структуры в лице Федераций должны предварительно проконсультировать этих молодых и в большинстве своем ограниченных людей, что можно делать публично, а что – нет. 

5) Быть гибкими и где-то циничными в формировании украинской идентичности. Там, где это ожидаемо не встретит массового недовольства – действовать жестко и кардинально. Пример -декоммунизация.  Там где могут быть  проблемы с восприятием общества - быть гибче, возможно, в языковом вопросе. Как именно,  надо подумать.

 Наша ситуация во многом уникальна, исторические параллели или сравнения с другими странами уместны лишь до определенного момента.  Гибридная агрессия неслучайно задумана, чтобы бить по наиболее уязвимым местам ,среди которых идентичность. Чтобы защитить ее нужны такие же гибридные ответы.

Больше блогов читайте здесь.

Мариуполь
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Комментарии