Гной и “кайф”. Обзор мариупольских наркопритонов, - ФОТО

Притон - место, где регулярно собираются люди с преступными или другими неблаговидными целями, а наркопритон — то же место, только там еще и употребляют наркотические и психотропные вещества. Как и в любых индустриальных джунглях, в Мариуполе есть наркопритоны. Все, кто что-то знает об этих местах, делятся на две категории: одни обходят стороной, а другие — наоборот тянутся к ним. Это объясняется просто: одни люди наркоманы, а другие — нет. Но рассказать о темной стороне злачных мест могут только те, из первой категории...

0629 удалось пообщаться с одним из экс-завсегдатаев притонов. Сейчас парень отказался от употребления тяжелых наркотиков и делится своим горьком опытом. (Стилистика сохранена, - прим. ред.)

-Игорь (имя изменено, - прим. ред), что такое наркопритон?

Мое личное представление о местах, где собираются употребляющие и побитые жизнью бродяги, всегда черпалось из зарубежных фильмов. На самом деле все не так. Притоны бывают самые разные и расположены они часто по соседству с вами. Прикиньте, что тот улыбающийся и вежливый сосед по лестничной площадке имеет привычку ровно в восемь вечера “ставить” себе дозу метадона. Я веду речь об опиуме, который скоро помножит нашу украинскую нацию на ноль.

- Почему наркомания столь распространена?

Проблема в том, что реальная жизнь оказалась очень не по плечу поколению, рожденному в конце 90-х и чуток позже. Нужно просыпаться в шесть утра, нужно гробить себя по 12 часов в день, дабы прокормиться, и при этом напряжение растет, боль не уходит. Некто курит травку, остальные потребляют его величество “Кодеин”, но, как сказал мне один армянин из реабилитационного центра, «лучше мака, только мак».

Гной и “кайф”. Обзор мариупольских наркопритонов, - ФОТО, фото-1

- Кто посещает притоны?

(Игорь смеется) Сейчас я расскажу вам о своем опыте тусовок там. “Вписанные” здесь люди - это очень “хорошие” люди. Они сильные, они выносливые, они могут помочь, но также они могут запросто “порешить” вас, ведь кольцо или сережка, или денежка на ширку легко может перекочевать из вашего кармана в область бартерной системы обмена притона. Балом там правит "Опиатный царь". Будь прокляты наркотики, будь прокляты притоны и будь прокляты мы, помеченные смертью неудачники, бегущие от аптеки до барыги, поминутно торчащие на дряни, дабы забыться. Мы живем в ожидании звонка, то ли с работы, то ли по поводу кредита, то ли о весточке, где зарыта заветная четверть грамма…

Я расскажу три свои истории о притонах, да пусть осудят меня святые обыватели!

Сидевшие бродяги с Паркового

Была ранняя весна, я шел после смены с гипермаркета METRO. В кармане 150 гривен не радовали. Травы на них не купишь, таблетки жрать “в падлу”, а бухло уже “не прет”. Примерно на середине пути мой побитый жизнью телефон “Леново” затрещал. Звонил Семен. Это чувак, с которым я временами "торчал". У Семы была травма головы, но наличие правильных товарищей по двору и увлечение турниками превратили его к 30 годам в крайне неуравновешенного, но крепко сложенного парня с района. А еще он очень любил амфетамин, как и прочие комбинации наркотиков. Голос Семы в трубке раздавался радостным звоном - это означало, что у него есть деньги, и он хотел раздобыть грамм и уколоться.

Мы встретились, и он привел меня в частный дом на Парковом (поселок в Мариуполе, - прим.ред.). Оказались в небольшом помещении, вроде флигеля. В нем были разного рода личности. Скажем прямо, не особо приятные и выглядели они, как узники газовых камер Освенцима, но при этом чувствовали они себя как дома, а, может, это их дом. Седой мужичок указывает мне на стул, в его руках блестит столовая ложка.

- Сидел?, - спрашивает он. Отвечаю, что нет и он убирает газету с ведра и глаза мои расширяются. Емкость забита шмалью (конопля, - прим.ред.) до краев. Дедуля берет ложку и щедро сыпет в газету зеленой «няшки» и дает мне. В пристройке нас четверо: я, Семён, седой дед и тощий, невзрачный, но очень говорливый паренек. Мне насыпают шмали, я курю и сочетание амфетамина и ганджи уносит меня в мир фантазий, где я - бог успешности.

Появляются шприцы, по десять кубиков, все оживленно творят странные манипуляции, добавляя нечто аптечное в только что сваренный амф (амфетамин, - прим.ред.). Седой распаковывает, Семен закатывает рукав и усердно «работает» правым кулаком. У нас с ним происходит такой диалог:

- Еще целые,
- Что еще целые, чувак?
- Вены, - улыбается Сема. - Можно и в эту, ты будешь?

Внезапно мне становится не по себе, от мысли что я сижу в закрытой пристройке с незнакомыми людьми, черт-те где. Мне становится страшно. Здравый смысл любит наносить внезапные визиты. Встаю, одеваю куртку, запускаю руку в ведро с коноплей и набиваю ей карманы. Краем глаза вижу как тощий парнишка стоит перед Седым на коленях и вводит иглу с бурой жидкостью ему в пах. Резко несет лимфой и гноем, под амфетамином запахи слышны отчетливо. Я сваливаю. Холодный воздух возвращает меня в реальность. Хороший был день.



Цыганский притон

По своей природе мне нравится попадать в злачные места. Я никогда не пробовал героин, и всегда считал опиаты паразитом на теле матушки Земли. Был у меня друг... он и есть. Успешный человек, вены целые, зовут Максим, и он любит героин. Сидим как-то у него. Я укуренный закидываюсь антидепрессантами, дабы усилить приход. Тут в голову Макса приходит гениальная идея — пойти в цыганский притон. Мне это не нравится, но Макс «угощает», а, значит, правит бал. Мы на месте. Кирпичный дом с высокой оградой, мы заходим внутрь. Мать твою, везде цыгане! Я их в таком количестве только на роликах в Ютубе видел.

На вид все спокойно, мы подходим к креслу, на котором восседает старый цыган. Макс передает ему стопку денег. Красивая цыганка подходит ко мне.

- Меня Эсмеральда зовут. Садись, мальчик. Ах, первый раз у нас, держи.

Она протягивает мне натуральный косяк из «Беломора». Одна затяжка отправляет меня в нокаут. И откуда такие ребята берут этот стафф (наркотик - сленг наркоманов, - прим.ред.)? Цыганка массирует мне вены, рядом мир плывет. В огромном зале среди цыган мы с Максом, как два светлых пятна. Меня что –то жалит в предплечье. Это игла, чистый шприц, слава Богу.

Цыган сидит у камина, он улыбается, я, будто тону в его щелках глаз. Внезапно проблемы уходят, он смотрит на меня и из его рта раздается трель радости: «Ширка - рубин, мальчику хорошо». Храни Господь район Новоселовка!

Вижу, как поршень шприца ползет внутрь моего тела. И почему я не пробовал этого раньше? Бог истинный, вокруг мои друзья, хочется творить и быть любимым, но внезапно я понимаю, что и так любим, жаль что только наркотиками. Я натурально выкупил прикол опиума. Понял, почему люди меняют свою жизнь на это дерьмо, и это был тот самый лучший день жизни.


Притон на кварталах

На дворе 2016-й. Этот год я не помню вовсе. Мой закадычный друг Борис познакомился с башковитым кутилой. Тот, к нашей радости, оказался неплохим варщиком «дряни», к тому же, очень гостеприимным. Как-то раз было утро, меня отпускала «кислота», и очень хотелось чего то еще. Я списался с Леонтием (хозяин притона), он ответил, что товар у него есть. Зачем-то взяв пакет груш из дома приехал в его пристанище на кварталах в Ильичевском районе (бывш. название Кальмиусского района, - прим.ред.).

Квартира была «сталинкой». Хозяин притона положил передо мной оранжевый порошок. Я, возрадовавшись, нюхнул, запив все это бутиратом (сленговое название наркотического вещества, - прим.ред.). Подобно барабанной дроби в квартире появились сразу трое субъектов, один в милицейской форме, он улыбнулся, и сказал:

- Спокойно друг, я не за тобой, я за делами.

Леонтий отдал ему запечатанный сверток и правоохранитель удалился. Странно, но в этой квартире царил некий общий ритуал дружбы. «Сталинка» Леонтия привлекала к себе в основном людей интеллигентных и объёмистых. Один из них щедро поил меня «вискарем», другой предлагал, вежливо предложил сношения. Был также там и молчаливый зек и множество визжащих подруг. При этом Леонтий будто чествовал себя царем этого безумия, а нам нравилось быть как бы его прислугой, ибо был весьма щедр на кайф. Кстати номер квартиры 50, улавливаете связь с русской классикой?

- Век наркомана — короткий?

Можно долго расписывать интересных личностей, встреченных мной на притонах. Их увлекательные миры уж больно однотипны и до одури похожи. Наркоманы — это слабые овечки, которые просто хотят мягкой жизни, но, к сожалению, больно ушиблись о реальность бытия, и теперь славно подыхают на притонах. Все употребляющие вещества: я, мы и они, собственноручно возвели Смерть в культ, приняли ее как закон. И будь ты хоть подъездный hip-hop-боец или кассир-растаман - не оспаривай этот факт.

Мы, наркоманы, очень любим играть с Костлявой в догонялки, и, как себя не оправдывай, с каждой затяжкой, дорожкой, уколом, или «лопухом» кодтерпина улыбка на лице Жнеца становится шире. Его поля растут перед взором, и все мы на них движемся в ритме танца, как на огромном рок-фестивале. Празднуем неизвестные даты своих похорон. Вопящая масса тянет руки к небу. Кто-то падает, но сразу приходят новые, почва под нашими ногами утрамбована, телами именами, планами, неотпразднованными днями рождения.

Мы празднуем кайф и у Костлявого короля смерти есть считанные секунды чтобы отдышаться, и снова махать косой. Если бы мы только могли остановиться на минутку, оглядеться, приняв факт, что все уже не так как раньше. Что мы уже не такие красивые и обаятельные как были, что нет более удовольствия от наркотиков, а лишь только сформировавшаяся привычка....

Все мы могли бы это бросить, но стон здравого смысла заглушает ор толпы кайфожоров.

Читайте по теме: «Я был похож на труп...», - исповедь мариупольского наркомана, - ФОТО

Гной и “кайф”. Обзор мариупольских наркопритонов, - ФОТО, фото-2
Мариуполь притоны нароктики
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции

Комментарии