О блокаде, коррупции в полиции и проигрыше в конкурсе. Вячеслав Аброськин дал интервью 0629.com.ua

Мы долго ждали этого интервью. Сначала думали, что говорить будем с победителем конкурса на должность главы Нацполиции Украины генералом Аброськиным. Потом — что с проигравшим конкурс. Затем события посыпались с неимоверной скоростью. Авдеевка, транспортная блокада, драка, разгон блокадников, митинг в поддержку генерала, митинг за его отставку.

За всеми этими событиями Вячеславу Аброськину было не до интервью. Да, видимо, и пресса ему изрядно надоела за последнее время. Тем не менее, вчера поздно вечером он согласился поговорить. Мы старались задавать честные вопросы. Насколько честными были ответы, судите сами.

- Вячеслав Васильевич, вы многих удивили, подав заявку на конкурс. Вам надоел Мариуполь, захотелось в Киев? У вас есть своя программа реформирования полиции? В общем, скажите, зачем вам это было надо?

- Рассказываю. В последнее время полицией Украины руководила Хатия Деканоидзе. Очень порядочный человек. Но она очень далека от полиции. Нельзя сказать, что она ничего не сделала. Она провела реформу патрульной полиции. Довольно успешно все это пошло. Но в итоге она ушла. И предполагая, что подавать документы на ее место будут и домработницы, и сантехники, и другие мастеровые, я и принял такое решение.

Вообще, законом проведение такого конкурса не предусмотрено. Но уж поскольку он был объявлен, ряд начальников областных управлений полиции приняли решение подать заявки. Хотя, честно говоря, я не очень хотел участвовать.

- С чем вы туда шли? Возможно, у вас программа какая-то была, видение того, как нужно реформировать полицию?

- Мы в Донецкой области все поменяли. Думали и во всей стране поменяем.

- Конкурс выиграл Сергей Князев. Представляя его, министр МВД Арсен Аваков сказал, что полицию возглавил человек, исповедующий принцип Глеба Жеглова: вор должен сидеть в тюрьме. Но ведь Глеб Жеглов не только воров ловил, он еще и кошелечки подбрасывал. Значит ли это, что Нацполиция станет теперь такой?

- Мы с Князевым Сергеем Николаевичем знакомы с 1997 года, сидели за одной партой в академии МВД Украины. Всю жизнь мы работали сугубо в уголовном розыске. Занимались раскрытием тяжких преступлений. Он стал начальником полиции Киевской области, а я стал зам. начальника уголовного розыска полиции Севастополя. Потом уже я стал зам. начальника департамента уголовного розыска. То есть он с 1992-го, я — с 1994-го занимались раскрытием преступлений.

Я считаю, сейчас для системы нужны именно такие люди — профессионалы, которые не замазаны ни в каких демонстрациях

Я считаю, сейчас для системы нужны именно такие люди — профессионалы, которые не замазаны ни в каких демонстрациях, мероприятиях по обеспечению правопорядка на массовых акциях. Мы занимались работой, чего сейчас очень не хватает полиции. Уровень преступности растет. В Киевской, Харьковской, Одесской областях вообще зашкаливает. И я считаю, сейчас полиции нужны профессионалы, которые смогут организовать работу именно по раскрытию преступлений и профилактике правонарушений. Мало просто заниматься патрульной полицией. Она ведь только охраной общественного порядка занимается. А сейчас больше преступлений именно криминальных совершается. Поэтому назначение такого человека, как Князев, принесет пользу делу.

- Все-таки уточню свою мысль. Князев — человек из системы. Эта система выстраивалась все годы независимости. Когда молодой сотрудник попадает в нее, старшие товарищи тут же приходят на помощь и рассказывают, где можно заработать, как и куда надо часть денег передать, сколько должности стоят и как их покупают. Идеология создания патрульной полиции как раз была в том, чтобы «старших товарищей» не было. И вдруг назначают Князева. Значит ли это, что все откатывается назад?

- В уголовном розыске никогда не назначали на должности за деньги. Это очень сложная работа, очень серьезная, круглосуточная и совсем не денежная. И желающих занять тут должность никогда не было. Чтобы подготовить патрульного, достаточно 6-8 месяцев. Чтобы подготовить квалифицированного сотрудника уголовного розыска — нужны десятилетия. Чтобы опер смог начать нормально работать, должно пройти минимум 3 года. За это время он только начинает понимать, что нужно делать, создает агентурную сеть.

Чтобы подготовить патрульного, достаточно 6-8 месяцев. Чтобы подготовить квалифицированного сотрудника уголовного розыска — нужны десятилетия. Чтобы опер смог начать нормально работать, должно пройти минимум 3 года.

- Тогда какой ваш рецепт борьбы с коррупцией?

- Поменять всех - это не способ. В 2007 году уже взяли и убрали ГАИ с дорог. Все, нет ГАИ! И что мы получили? 1000 людей погибли на дорогах. Количество ДТП возросло в тысячи раз. По моему мнению, надо действовать по-другому.

Кстати, во время конкурса представители Канады, американцы меня тоже об этом спрашивали. И вот что я ответил.

Человек приходит в полицию не из космоса же. Живет, растет, поступает в университет и дает взятку за экзамен, врачу платит, за место в детском саду. Культура дачи взяток - с детства формируется. Глобально это не изменить. А вот пакетом социальным можно.

Если сотрудник полиции получает достойную заработную плату, бесплатное медобслуживание для себя и членов семьи. Служебная квартира у него, которая через 20 лет станет его собственной, а если выгонят с работы, то и квартиру заберут, бесплатное образование для детей. И когда все это ложится на одну чашу весов, а на другой - 100 долларов, конечно, он денег не возьмет.

- Скажите, что из этого соцпакета сегодня реально есть у полицейского?

- Только заработная плата. Лейтенант, который недавно пришел на службу, получает 7-8 тысяч. Для кого-то мало, для кого-то много. Если говорить о полиции в Донецкой области, то это очень мало. Жилья нет, работа ненормированная. У меня на блокпостах несут службу сотрудники уголовного розыска, участковые, следователи, оперативники. Они свою основную работу сделали, потом я их направляю туда. А потому что, если не они, то кто там встанет? Больше некому. А тут еще экология, дети болеют, линия фронта за 15 км. Вот и получается, что уходят люди от нас в другие области, где спокойно, где 8 часов отработал и домой. А у меня здесь некомплект как был, так и остается. И он еще и увеличивается. Если год назад не хватало 21% штатной численности, то сейчас уже 24%.

Вот последний случай — Авдеевка. 120 человек из Мариуполя там несли службу 10 дней. Потом ротация, из других городов. Такая же ситуация в Красногоровке, Марьинке. Да, сотрудники полиции получают за работу в АТО 1200 грн в месяц. Это есть. Но семьи...

Кстати, моя жена не видит меня уже 3 года. Вчера был в Киеве, домой пришел, так моя дочь на меня не отреагировала.

И в таком режиме работают все мои заместители Я в отпуске не был 3 года.

Нагрузка очень тяжелая.

Так что, дело не в Князеве. Дело в комплексном подходе к работникам полиции. Люди должны понимать, что они теряют, тогда не будет коррупции.

Так что, дело не в Князеве. Дело в комплексном подходе к работникам полиции. Люди должны понимать, что они теряют, тогда не будет коррупции

В 2014 году Князев был у меня заместителем — возглавлял криминальную полицию Донецкой области. Оголилось Дебальцево — отправил туда в самые тяжелые дни. Мы вместе организовывали вывоз детей. Тогда там не было такого, как в Авдеевке сейчас, когда все приехали спасать. В Дебальцево никого не было.

Так что, я уверен, назначение Князева — это хорошо.

- Значит, вы не расстроились что проиграли конкурс?

- Я? Нет! Я себя вижу здесь, в Донецкой области. И скажу почему. В июне будет три года, как я тут. Я прошел здесь самый трудный период. Пришел на пустое место. Когда меня привели в задние на Итальянской, там не было даже стула, куда сесть, не было машины, на которой ездить, и кем командовать тоже не было. Мы заходили в здание СБУ — а там пустота, нет никого. Прокурор только к концу года вернулся.

Мы создали лучшее управление полиции в Донецкой области. У нас лучший в Европе колл-центр, лучшее управление, оснащенное по последнему слову техники.

- Но люди не видят кабинетов. Они судят о работе полиции совсем по другим вещам. Когда человек вызывает полицию и ждет час, чтобы его номер передали в патруль, когда его привозят в райотдел — он пострадал и ищет помощи, - а его заставляют 2,5 часа ждать, сидя в клетке с мужиком в наручниках, просто чтобы написать заявление. Когда ему хамят и запрещают снимать, вот тогда он начинает думать, что в полиции ничего не поменялось.

- А как может народный депутат говорить начальнику полиции «я тебя убью», да еще и с матами? Какой народ, такой избранник. То есть мы вот в таком обществе живем, такие люди рядом с нами. И в полиции такие же работают.

Почему клетка — тут понятно. Мы работаем в 15 км от линии фронта и вынуждены строить заборы. У нас в 2014 году было 6 автоматов, и оружие украли. А сейчас на каждого штатного сотрудника оружие. Мы должны принимать меры безопасности.

А как может народный депутат говорить начальнику полиции «я тебя убью», да еще и с матами? Какой народ, такой избранник. То есть мы вот в таком обществе живем, такие люди рядом с нами. И в полиции такие же работают

Ну а то, что хамят... Зарплаты маленькие. В админцентре потому с посетителями вежливые, потому что зарабатывают много и дорожат своей работой.

- Только ли в заработной плате дело?

- Не только. Но и в этом тоже. А еще в воспитании. Движение должно быть реверсным. Нам поднимают заработную плату, мы дорожим своей работой и улучшаем качество.

- Но вы видите проблему в том, что хамство есть? Или считаете, что проблемы не существует?

- Да вижу, конечно. И сталкиваюсь. Проблема есть. И наказываю. В Авдеевке поставили одного руководителя, вынуждены были заменить его именно из-за плохого отношения к людям. Мы работаем. Но мгновенно перемены невозможны.

- Но какие-то перемены, кроме нового здания и колл-центра, есть? Принципиальные перемены? Ну вот, например, существует ли, как прежде, план раскрываемости преступлений, который всегда висел дамокловым мечом и заставлял полицию организовывать «паровозы» - навешивать кучу висяков на какого-нибудь «счастливчика?»

-Я своим сотрудникам так говорю. Посчитайте сами, сколько государство тратит на содержание одного райотдела полиции. В среднем, 600-700 тыс. грн. на зарплаты, плюс коммуналка. В сумме на миллион потянет. Если вы раскрываете в месяц 10 преступлений, и за это государство платит миллион, не слишком ли это? Если вы не раскрываете преступлений, а на ваше содержание тратятся такие деньги - это неудовлетворительная работа. Ведь если шахтер, отработав смену, не добудет норму угля, он не получит заработную плату. Полицейский должен понимать, что у него тоже есть ответственность. Зарплату надо отрабатывать. Но как такового, как раньше, плана по раскрываемости нет.

Зато есть усталость. Даже лошадь, которая не видит финиша, падает и умирает. А у нас? Третий год войны, и финиша нет, и люди устают.

Мороз -25, день через день стоят на блокпосту, проверяют машины и слушают возмущения людей, которых они же и защищают. Потоки грязи на их головы каждый день! Да если бы не их работа, у нас гранаты взрывались бы каждый день. Но никто не хочет это понимать — льют поток грязи, и это начинает напрягать. Можно же и не выдержать.

Невозможно судить о работе полиции сидя на диване. Наденьте ботинки и идите в поле.

Каждый должен заниматься своим делом. Если ты депутат — так иди в Раду и добивайся принятия законов, а не рельсы перекрывай. А если ты не можешь добиться, чтобы твой законопроект рассмотрели, даже этого не можешь (!), так что ты хочешь добиться от полиции?

Эти люди, которые сейчас блокируют жд сообщение, они думают о тех 65 тысячах людей на украинских донецких шахтах, которые получают зарплату в гривне и платят налоги в Украину? Что будет с ними, если Украина перестанет у них покупать уголь? Да они вынуждены будут пойти к захарченкам всяким. Им же детей кормить надо. У них выхода не будет. Хорошо быть умными, сидя дома. Кто в их шкуре не был, тем не понять этого.

- Да, но ведь в Украину везут уголь не только с украинских шахт, но и с копанок захарченко, басуриных и прочих?

- (Не реагируя на реплику — прим.ред) А если заводы в Мариуполе остановятся, кто тогда будет отвечать? Кому тогда будет хорошо?

- Но, возможно, все-таки в этой ситуации виновато правительство? Возможно, оно должно было сказать: да, мы торгуем, другого пути нет, а не врать? И не зарабатывать на контрабанде?

- А никакой контрабанды и нет! Контрабанда — это перемещение грузов через государственную границу. А у нас границы нет. У нас украинская территория. О чем мы говорим?

Я еще раз повторяю: хорошо рассуждать о работе полиции, сидя на диване. Вникни в суть, пойди поработай рядом, потом и поговорим.

У нас в январе было совершено 10 убийств. И все 10 были раскрыты. Вот что важно.

На этом мы и закончили наш разговор. Уже прощаясь, Вячеслав Аброськин остановился возле огромной картины во всю стену на выходе из кабинета. На ней - памятник затопленным кораблям в Севастополе.

«И знаете, что еще напишите? Я горжусь, что я и мои дети - из Севастополя. Да! Вот так и напишите».

DSC_9534+