Военный Мариуполь, 23 месяца оккупации: расстрелы евреев, открытие храмов и театра, депортация

Вечером 8 октября 1941 года части 1-й танковой группы вермахта заняли Мариуполь. Началась 23-месячная оккупация города, 16 месяцев из которых Мариуполь был прифронтовым городом.

Фронт с конца ноября 1941 по май 1942 года и в феврале-сентябре 1943 г. находился в 124 км от города – на Самбекских высотах под Таганрогом. Это, конечно, не то, что сейчас, когда враг стоит в 21 км от города. Но в 41-м году шла полномасштабная война с применением боевой авиации и ВМС, а потому дыхание фронта ощущалось явственно.

До того, как союзник Гитлер нанес 22 июня 1941 г. упреждающий удар по своему союзнику Сталину, с киноэкранов, со страниц газет и из радиоприемников советским людям внушалась мысль, что воевать мы будем исключительно на вражеской территории («…но и своей (земли – прим. авт) вершка не отдадим» - пелось в популярной песне из кинофильма «Трактористы»). То есть сама возможность вражеской оккупации территории СССР отбрасывалась, а трезвая оценка ситуации расценивалась как пораженчество и контрреволюционная пропаганда (караемая 10 годами лагерей).

Мариупольский рынок в годы оккупации.

Мариуполь рынок Мариуполь Рынок 2

Поэтому быстрое продвижение вермахта по советской территории вызвало шок у всех - от руководства страны до простых рабочих и колхозников. Оправившись от потрясения, советские пропагандисты стали твердить, что война скоро закончится и РККА погонит врага назад. Поэтому, оказавшись в оккупации, люди не знали, сколько она продолжится. Этого не знало и советское руководство.

Немцы же пришли, как они думали, навсегда. Дабы обезопасить тыл, они с первых дней оккупации начали показывать, кто в доме хозяин. Как только тот или иной город попадал под оккупацию, власть в нем осуществляла военная администрация. По мере продвижения линии фронта на восток, власть от военных переходила к гражданской администрации. Гражданская администрация состояла из членов правящей в рейхе НСДАП, то есть, коммунистическую администрацию заменила нацистская. Режим гражданской администрации был в основном таким же жестким, как и при СССР.

О военной администрации

Мариуполю повезло. Учитывая прифронтовой статус, в нем заправляла военная администрация, режим которой был намного мягче, чем в соседней Запорожской области, входящей в состав рейскомиссариата «Украина», где правила гражданская администрация. Его нельзя было назвать гуманным (по словам Гитлера, не для того немецкие солдаты проливали кровь на фронте, чтобы освободить украинцев), но он был мягче, чем во многих других районах оккупированной Украины. Часто на местах местное командование игнорировало распоряжения, поступающие из Берлина, если они были жестокими и кровавыми.

Военный Мариуполь, 23 месяца оккупации: расстрелы евреев, открытие храмов и театра, депортация (фото) - фото 2

Само собою, игнорировали не по доброте душевной, а понимая, что это обозлит население. А в прифронтовом городе такие настроения нежелательны.

В целом же карательные меры оккупантов повторяли репрессивную политику Советской власти вплоть до этнических чисток и принудительного вывоза на работы с той разницей, что в СССР вывозили на Колыму, а во время оккупации - в Германию. Но писать и публично говорить об этом в СССР было запрещено, чтобы у народа не сложилось мнение о сходстве двух режимов.

Система власти при оккупации была простой. Высшим органом руководства в городе была военная комендатура, организованная 10 октября 1941 г., которой подчинялись все службы города. Комендантом Мариуполя был генерал Гофман. Гражданское самоуправление было возложено на городскую управу во главе с бургомистром Николаем Комровским.

Комендатура размещалась в бывшем горисполкоме (на месте дома со шпилем, где расположена «Итальянская пиццерия». Управа – в бывшем горуправлении милиции (сгоревшего в прошлом году).

Военная комендатура подчинялась начальнику тыла группы армий «Юг», штаб которой находился в Мариуполе.

Мариупольцы [Desktop Resolution]

Для поддержания порядка была создано управление полиции под руководством бывшего офицера Армии УНР Ивана Степаненко, имевшее отделы в 4 административных районах Мариуполя. Управление полиции было также в здании бывшего (и будущего) горуправления милиции. В ведении полиции были уголовные и экономические преступления. Делами подполья и шпионажа, а также этническими чистками занимались гестапо (имевшее с апреля 1942 г. «русский» отдел), ДКС (Допоміжна кримінальна служба)), эйнзацкоманда №10 и СД. Гестапо и ДКС располагались напротив – по проспекту Республики (ныне Ленина).

MARIU NT01

Розыском бежавших советских военнопленных занималась полевая жандармерия, находившаяся по ул. Апатова (сейчас Итальянская) в здании, где сейчас размещается городская налоговая инспекция.

«Еврейский вопрос»

Первым делом, прекратив беспорядки и грабежи в городе, комендатура и гестапо принялись «решать» еврейский вопрос. 15 октября 1941 г. всем евреям приказали собраться с вещами у казармы бывшего 238-го стрелкового полка (ныне красный корпус ПГТУ) якобы для вывоза в Палестину. Продержав евреев в казарме несколько дней, немцы небольшими группами погнали людей в село Агробаза, где 17-20 октября их расстреляли. Спастись сумели лишь единицы. Одна из чудом спасшихся Сара Глейх оставила воспоминания о том страшном дне, когда она родилась во второй раз – выбралась из-под трупов. Точного количества расстрелянных мариупольских евреев неизвестно до сих пор. Назывались цифры от 8 до 12 тыс. человек. Надо сказать, что советские органы власти знали о массовых расстрелах евреев в западной и центральной Украине, но ничего не предприняли для их эвакуации из Мариуполя.

Село Агробаза, место расстрела мариупольских евреев.

Агробаза

Евреи возле металлургического института.

Евреи в ПГТУ

Не лишним тут вспомнить о том, что многие мариупольцы спасали евреев с риском для жизни. Около 40 человек спасла семья командира РККА Константина Олейниченко, в 1950-1960 гг. первого секретаря Ждановского горкома КПУ. За этот подвиг семье Олейниченко было присвоено звание «Праведники мира» (Израиль) с нанесением их имен на стену Мира в Иерусалиме.

Как вспоминал подпольщик ОУН Левко Рысь, после войны оказавшийся в Англии, при захвате города немцы обнаружили в банке 900 тыс. руб, приготовленных для выдачи эвакуированным, но так и не выданным, и передали их на нужды Мариуполя.

Об образовании

Управа жестко следила за охватом детей школьным образованием. При немцах работала 41 школа, металлургический институт и техникум. Причем за неимением своих учебников, использовались советские. Только история Украины (введенная при оккупации) и украинский язык изучались по учебникам авторства известного историка Ивана Крипьякевича, специально изданном в октябре-ноябре 1941 г. в Мариуполе, и начальника отдела образования горуправы Петра Губенко. За непосещение школы детьми родителям грозил штраф до 500 руб (2 месячных зарплаты). Это была инициатива сугубо городской управы.

О театрах, кинотеатрах и антифашистском подполье

При оккупации работали три кинотеатра. Кинопоказ возобновился 10 декабря 1941 г. Показывались советские фильмы «Антон Иванович сердится», даже заидеологизированные «Волга-Волга» и «Богдан Хмельницкий», а также немецкие фильмы, дублированные на украинском языке.

Быстро возродился городской театр, ставший украинским. Ученик гениального Леся Курбаса Андрей Ирий собрал вокруг себя артистов, заброшенных вихрем войны в Мариуполь. 16 ноября 1941 г. актеры решили открыть театр. Уже 20 ноября «Маріупольська газета» сообщила о подготовке оперы «Запорожець за Дунаєм». Возглавил театр Андрей Ирий (Авраменко).

Мариупольский театр.

театр

9 марта 1942 г. театр получил имя Тараса Шевченко. По данным театроведа Валерия Гайдабуры, труппа театра им. Шевченко насчитывала 30 актеров. Ставилась в основном украинская классика и устраивались вечера в честь Тараса Шевченко, в чем «органы» НКГБ обвинили режиссера.

Кроме руководства театром, Андрей Ирий возглавил Мариупольскую «Просвіту», созданную 16 июля 1942 г. В «Маріупольській газеті» он писал о Лесе Курбасе, Иване Карпенко-Каром и других театральных деятелях.

Также Ирий-Авраменко был одним из руководителей антинацистского подполья ОУН. Местом встреч подпольщиков стал театр, о чем пронюхало гестапо и в конце 1942 г. арестовало режиссера. Благо, гестапо находилось в том же квартале, что и театр – на пересечении проспекта Республики с ул. К.Маркса — и Ирию во время эвакуации пленных удалось сбежать, но вскоре он попал в лапы «Смерша» и был расстрелян.

Театр после ареста режиссера прекратил существование.

1 ноября 1941 г. начал работу городской радиоузел (директора Илья Мясоед, Евгений Мороз). Узел использовался подпольщиками как явочная квартира, за что Мороз, член ОУН, был арестован гестапо и расстрелян возле Агробазы. Он единственный из членов ОУН, расстрелянных в Мариуполе, значится на памятнике павших в Великой Отечественной войне на центральном кладбище Мариуполя.

12 августа 1942 г. стараниями Николая Фененко был открыт краеведческий музей с экспозицией из трех разделов. В марте 1942 г., после выявления и уничтожения марксистской литературы, были открыты 2 частные библиотеки. В уничтожении книг нацисты не были оригинальными – в 1931 г. в Мариуполе из библиотек были изъяты книги «буржуазного» содержания. Теперь изымались коммунистические.

О медицине

Медицинское обслуживание было на уровне. Уже в 1942 г. в Мариуполе работали 5 больниц, 3 поликлиники, 3 амбулатории, 7 аптек. Кроме того, медицинскую помощь местным жителям оказывали в немецких госпиталях. Чтобы не допустить распространения венерических заболеваний среди военнослужащих рейха, мариупольчанок бесплатно лечили от вензаболеваний немецкие врачи. Советским военнопленным помощь оказывалась в гражданских больницах. Действующая в больнице № 1 подпольная группа врачей и медсестер под руководством Бориса Гнилицкого (кстати, самая результативная и удачливая группа, потерявшая всего 3 человек) спасла и устроила побеги более 500 советским военнопленным, среди которых был летчик-истребитель Герой Советского Союза майор Яков Антонов. Однако по невыясненным обстоятельствам Антонов все-таки погиб и по некоторым данным похоронен на немецко-румынском военном кладбище на площади Революции (ныне Театральный сквер).

О религии

Пользуясь лояльностью командования немцев, в Мариуполе начали открываться церкви, запрещенные в СССР. Работу по их открытию возглавил протоиерей Киприан Оржицкий. Учитывая то, что все церкви в Мариуполе были разрушены летом-осенью 1937 г., службу приходилось проводить в неприспособленных помещениях. Первая церковь открылась в начале ноября 1941 г. на первом этаже азовстальской пятиэтажки по проспекту Республики (сейчас головное отделение Первого украинского международного банка). В 1943 г. в городе насчитывалось четыре православных храма и одна католическая церковь (для немецких, итальянских, хорватских и словацких военнослужащих). Открытые церкви объявили о приверженности Украинской автокефальной православной церкви. 6 декабря 1942 г. в церковь на проспекте Республики (там служил Оржицкий) были торжественно перенесены после крестного хода из краеведческого музея останки митрополита Игнатия, приведшего греков в Мариуполь в 1780 г. В сентябре 1943 г., когда в результате обстрела загорелась церковь, часть мощей спас 16-летний служитель церкви Василий Мултых.

О трудовой повинности

Как и в СССР, Третий рейх не терпел бездельников. Уже 10 октября по городу расклеили объявления с требованием всем рабочим и служащим вернуться на старые места работы. Большинство так и сделало. Хотя не все. Знаменитый в будущем металлург завода им. Ильича Иван Лут (с 1958 г. Герой Социалистического Труда) во время оккупации изготавливал валенки и продавал их на Ильичевском рынке, хотя до оккупации работал подручным сталевара мартеновского цеха.

А во время Сталинградской битвы 9 декабря 1942 г. немцы в лице начальника управления труда Аренса ввели всеобщую трудовую повинность, которой подлежали даже подростки от 12 лет. Они обеспечивались посильной работой на заводах. За невыход на работу устанавливался штраф.

С 25 мая 1942 г. приказом военного коменданта Мариуполя Гофмана начался вывоз мариупольцев на работу в Германию, сначала добровольный, затем по повесткам. Всего в Германию были вывезены около 60 тыс. мариупольцев, в том числе и мать автора статьи 1926 г. рождения. По воспоминаниям врача Майи Будниковой тех, кто не горел желанием ехать в Германию (особенно в 1943 г.) «перевоспитывали» в подвале полиции.

Russland Mariupol Einheimische Volkstyp Judika 2

После войны некоторые из тех, кого угнали в Германию, не захотел возвращаться домой. Многие не дожили до освобождения. Некоторые из тех, кто смог вернуться домой, были репрессированы «за измену родине».

В Мариуполе же все трудоспособное население города было занято на всевозможных работах, в том числе и для вермахта. Никто не вправе осуждать их. Люди выживали. Боролись с голодом и страхом. Боролись за жизни своих детей. Если кто и заслуживает осуждения, то в данном случае советское руководство, которое после освобождения Мариуполя развязало массовые репрессии и гонения среди местного населения «за предательство». Так было, начиная с сентября 1943 г.

Вадим Джувага        

Отзывы и комментарии

Написать отзыв
Написать комментарий

Отзыв - это мнение или оценка людей, которые хотят передать опыт или впечатления другим пользователями нашего сайта с обязательной аргументацией оставленного отзыва.
 
Основной принцип - «посетил - отпишись». 
Ваш отзыв поможет многим принять правильное решение

 Комментарии предназначены для общения и обсуждения , а также для выяснения интересующих вопросов

Не допускается: использование ненормативной лексики, угроз или оскорблений; непосредственное сравнение с другими конкурирующими компаниями; размещение ссылок на сторонние интернет-ресурсы; реклама и самореклама, заявления, связанные с деятельностью компании.

Введите email:
Ваш e-mail не будет показываться на сайте
или Авторизуйтесь , для написания отзыва
Отзыв:
Загрузить фото:
Выбрать