Дом или жизнь: об афере с недвижимостью, коррупции и жертве собственного мужа

История Светланы отнюдь не оригинальна, но показательна для нашего города.

В 2001 году женщина со своим сыном переехала из Винницкой области в Мариуполь, к своему гражданскому супругу Александру. Они жили в доме в Орджоникидзовском районе, вместе сделали ремонт, достроили дополнительные помещения, увеличив площадь дома почти вдвое. Однако регистрировать изменившееся строение супруги не спешили, поэтому по документам дом остался прежним и на прежнего хозяина.

В сентябре 2008 года гражданский муж Светланы прописал ее и сына в своем доме как членов семьи.

В 2011 году пара поссорилась, и бывшие супруги стали жить отдельно. По словам Светланы, ссора произошла из-за того, что некая провидица рассказала ее партнеру, будто Светлана насылает на него порчу. Эту же версию подтверждает в своем заявлении в суд и сам Александр.

7 декабря 2011 года Светлана обратилась в Орджоникидзовский районный суд с иском о вселении в дом и устранении препятствий в пользовании жилым помещением. С 22 мая 2012 года на дом был наложен арест, вынесено решение суда о запрете производить любые действия по отчуждению и регистрации домовладения по указанному адресу. Иск Светланы в части устранения препятствий в пользовании жилым помещением удовлетворили 26 декабря 2012 года. На этом история не закончилась.

5 февраля 2013 года бывший муж Светланы продал дом некой Людмиле, заключив с ней договор купли-продажи. Важно отметить, что на тот момент дом находился под арестом, наложенным судом. Но это не остановило частного нотариуса, и договор купли-продажи был зарегистрирован. Сам Александр после совершения сделки уехал из Мариуполя.

На суде выяснилось, что Первая мариупольская государственная нотариальная контора постановление Орджоникидзовского районного суда Мариуполя о запрете проведения действий по отчуждению дома по указанному адресу, датированное еще 22 мая 2012 года, попросту не получала.

На основании последнего факта Светлане выдали постановление о закрытии криминального производства Орджоникидзовским райотделом Мариупольского ГУ ГУ МВС Украины в Донецкой области от 24 сентября 2013 года.

Женщина считает, что договор купли-продажи дома является недействительным, поскольку на дом наложены уже два ареста, второй – от 27 февраля 2013 года. Буквально на следующий день, 28 февраля, в этом же суде право собственности Людмилы  на купленный дом признают, договор узаконивают.

11 октября текущего года Орджоникидзовский суд Мариуполя вынес решение об утрате права пользования домом Светланой. Фактически женщине запретили жить в спорном доме в судебном порядке. На данный момент Светлана и ее сын проживают в общежитии.

Светлана  написала жалобы во все органы, но удовлетворительных ответов не получила.

Как пояснили в пресс-службе прокуратуры, данная структура помочь Светлане не может в соответствии с Законом Украины «О прокуратуре», поскольку ее иск касается гражданско-правовых отношений, и она сама способна представлять свои интересы в суде.

В милиции женщине вручили уже упомянутое постановление о закрытии криминального производства с формулировкой «в связи с установлением отсутствия в деянии состава криминального правонарушения».

Светлана утверждает, что покупатели дома – Людмила  и ее родственник Виктор – прямо угрожали жизни ее и ее сына. По словам Светланы, Виктор обещал, что если она «не успокоится», то у него есть «портовские ребята», которые переломают ей и ее сыну руки-ноги и выбросят в балку. Помимо этого, женщине поступали угрозы по телефону и на улице, от лиц «сомнительной наружности», которые повторяли ей угрозы.

По факту поступавших неоднократно угроз жизни Светлана обращалась в Орджоникидзовский райотдел милиции, но получила письменный ответ от начальника райотдела Ошкадерова о том, что «факт криминального правонарушения следственным отделом Орджоникидзовского РО выявлен не был».

Светлана подозревает, что имеет дело с коррупционной схемой. Она написала обращения в Генеральную прокуратуру и УБОП, но не скрывает, что ее основная надежда сейчас – на Службу безопасности Украины.

Подозрения женщины подтверждаются словами самого Виктора, который успел рассказать ей, что у него в городе бизнес – покупать дома «с проблемами», а потом проводить процедуры по выписке членов семьи бывшего владельца дома, узакониванию пристроек к дому и других конструкций.

В своем заявлении в Генеральную прокуратуру Светлана пишет: «Поскольку оформление сделок купли-продажи и всех проводимых работ, связанных с «проблемами» приобретенного дома, предполагает прохождение судебных, государственных, правоохранительных инстанций, то у него (Виктора С.) этот «трафик», как он выразился, налажен. Предложил мне 2,5 тысячи долларов, чтоб я покинула дом добровольно. Я отказалась от его предложения. После чего он предупредил меня о том, что ему понадобится максимум 6 месяцев, чтобы лишить меня вместе с сыном жилья».

Приложенная к делу копия договора купли-продажи жилого дома вместе с остальными документами была отправлена независимому юристу на рассмотрение. Вердикт специалиста однозначен: у Светланы есть шансы вернуть себе дом, поскольку в договоре прослеживаются явные недостатки и нарушения. Правда, вернуть дом получится только в случае, если к тому времени угрозы Виктора С. не осуществятся.  

PA231523
PA231521
PA231522
PA231519
PA231520

Отрывок из заявления в суд гражданского мужа Светланы, в котором он жалуется на насланную на него женщиной порчу

PA231518